Бесплатная консультация юриста:
8 (800) 500-27-29 (доб. 553)
СПб и Лен. область:Санкт-Петербург и область:
+7 (812) 426-14-07 (доб. 318)
Москва и МО:
+7 (499) 653-60-72 (доб. 296)
Получить консультацию

Ульяна лопаткина развод муж

МЕЖДУ ТОКИО, МОСКВОЙ И НЬЮ-ЙОРКОМ

  • Ульяна, вам довелось очень рано стать самостоятельной, из родной Керчи переехав в другой город, а сегодня это и другая страна. Как привыкали к Северной Пальмире? И как этот город изменил вас?

Я действительно родилась в Керчи, но прожила там всего лишь десять лет. Все остальное время своей жизни я провела в Питере. И «переквалифицировалась». (Смеется.) Санкт-Петербург — город потрясающей красоты, эстетики, стиля, философии, культуры, истории. Он очень сильно повлиял на меня, на мое творчество. Но для жизни этот город — испытание и по сей день. Ни для кого не секрет, какова экология города, история его создания. Город построен на крови. На множестве потерянных жизней. Город стоит на болоте. И этим многое объясняется. Тяжелый климат, высокая влажность. Танцовщик ощущает на себе влияние здешних мест очень явственно. В связи с этим бывают ситуации юмористические совершенно. Когда приезжают из Москвы артисты Большого театра, первые три дня они очень бойко и энергично приходят на утренний класс, и, глядя на наших артистов, удивляются: «Вы все здесь какие-то сонные, двигаетесь в каком-то замедленном темпе. Хотя, между прочим, уже 11 часов утра!» А в Большом театре, замечу, урок, класс (классическая часовая или полуторачасовая разминка у станка, с которой начинается день каждого танцовщика балета. — Прим. ред.) начинается в 10 и в 11 часов утра. Но проходит три дня, и москвичи вдруг принимают совершенно питерский облик. И, приходя утром в класс, между делом небрежно спрашивают: «Послушай, а ты как, хорошо, легко встаешь с утра?» На что мы обычно отвечаем: «Добро пожаловать в Петербург!» То есть с момента осуждения до понимания проходит ровно три дня, как правило. Потом все встает на свои места.

У танцовщицы столько поводов быть несчастной, вы себе даже не представляете!

  • Ульяна, а где вам самой танцуется легче всего — на родной сцене Мариинки или на гастролях?

На гастролях, как ни странно. Мариинская сцена почему-то невероятно ответственна для меня. Выход на нее каждый раз сопровождается безумным волнением и трепетом. И потом, зритель на гастролях словно заведомо любит тебя, и ты это чувствуешь. Купаешься в этой любви. Домашняя публика строга и очень требовательна. Что касается физического аспекта, то разницу в ощущениях между работой в Питере и в условиях той же столицы я испытала на себе сама, когда были гастроли в Москве. За десять дней я станцевала четыре спектакля. В Питере мы обычно в таком режиме не работаем в силу того, что нас много. Тем не менее никакой тяжести, никакой вялости с утра, так что себя не поднять… Совершенно другое ощущение в мышцах, иная подтянутость, легкость в работе. Но, поскольку случается это очень редко, серьезно это нас не сбивает. (Смеется.) К своему городу, театру, климату возвращаемся без проблем.

  • Об образе жизни танцовщиков, жестоком режиме и ежедневном распорядке ходят настоящие легенды. Что, по-вашему, самое сложное в жизни балетного артиста?

Сложность жизни балерин состоит скорее в отсутствии режима, чем в его наличии. (Улыбается.) В силу гастрольной занятости театра и личного гастрольного графика, перемены часовых поясов, связанной с этим необходимости поздних, а то и ночных репетиций. Когда у тебя всего три дня между Америкой и Японией, ты с трудом находишь тот час-два-три в сутках, когда ты хотя бы понимаешь, где находишься. Физически мобилизовать свой инструмент — в данном случае это твое тело и мозги — в таких условиях очень сложно.